Вильд-Дональд ГЕРЬЕ: Он сказал мне «эй, черный!», и сунул руку в карман – я испугался

Защитник азербайджанского футбольного клуба «Нефтчи» Вильд-Дональд Герье рассказал о помощи Гаити, расизме в Польше и оскорблении в адрес экс-игрока агдамского «Карабаха» Якуба Жезничака, передает azerisport.com.

Ходит информация, что вы решили профинансировать приобретение 20 000 коек для больниц в разных частях Гаити. Это похоже на большой жест.
На Гаити в больницах большие проблемы с койками, их просто не хватает. Бывает, что люди вместо кроватей лежат на больничных этажах, в коридорах. А теперь представьте, что вы больны, не можете двигаться и лежите на полу. Даже лежа в постели весь день, потом можно почувствовать боль во всем теле. Вот, почему я решил присоединиться, создал фонд, целью которого будет сбор денег на эти кровати. Конечно, я тоже добавлю свои. Я надеюсь, что эта помощь будет полезна. Мы хотим помочь больницам в 10-и регионах Гаити. Конечно, это не только кровати. Я отправляю, что могу. Маски, предметы для дезинфекции…

А какова ситуация в Гаити?
У нас есть несколько сотен случаев, но я не сомневаюсь: будет еще хуже. Потому что люди в моей стране не слушают советы, не следуют рекомендациям. Есть проблема с образованием. У 8 из 10 миллионов человек нет ни ТВ, на радио, чтобы увидеть или услышать рекомендации правительства. Процветает уличная торговля. Допустим, я собираюсь купить бананы или яйца. Никому нет дела до правил безопасности. Здесь, в Азербайджане, люди следуют правилам, и ситуация становится все лучше. А в Гаити наоборот.

Мы разговариваем, а вы постоянно меняете язык. Вы начинаете предложение на французском, вводите польские слова, переключаетесь на английский и заканчиваете на испанском…
Потому, что я знаю семь языков. И на самом деле, иногда я их меняю. Мой родной – креольский, затем французский, польский, английский, испанский, португальский и турецкий. У меня жена из Польши, из Кракова, поэтому польский язык тоже не проблема.

Кстати, о польском. Вы как-то назвали Якуба Жезничака, с которым играли в «Карабахе», «беляком».
Нет, я сказал не «беляк», а «белый м*дак».

Как это?
Ну, это было, но в шутку. Куба все время шутил, называл меня «черной мамбой». А потом я ответил ему. Как я уже сказал – шутки. Хотя в Польше и без шуток расистского поведения достаточно. Даже недавно, когда мы шли по улице в Кракове с моей женой и ее дядей Томеком, кто-то обратился ко мне. Он сказал: «Эй, черный, у меня есть кое-что для себя. И полез в карман. Я немного испугался, потому что я не знал, что он вытащит. И это был ...апельсин. Я улыбнулся, а потом он предложил мне банан. Я отступил, но Том полез с ним в драку. Я имею в виду, я бы тоже подрался с ним, но, если бы это было несколько лет назад. Однако, теперь я вырос, и размахивая руками, я не хочу, чтобы мои дети видели в сети через несколько лет, как их папа дерется на улице.

В бытность игроком «Вислы» вы делали сумасшедшие вещи.
Ну, я был молод... Ходил в клубы с девушками, это правда, но это было до того, как я встретил свою жену (смеется). Я расстроил тренера Смуду, это тоже правда. Он был таким жестким командиром, но с добрым сердцем. Мы все еще на связи сегодня. Недавно переписывались через WhatsApp.

Лучшая память о «Висле»?
Матч с «Лехом», когда в итоге я забил победный гол. Второй любимый момент – гол, забитый «Короне» с 30 метров. Вообще, я должен признать, что скучаю по Экстракласе, полной стадионов. В Азербайджане аншлаги есть только по случаю Лиги чемпионов.

Можете ли вы представить себе возвращение в Польшу?
Да, абсолютно. Хотя я за это получил. Уже после отъезда из Польши я дал интервью польскому телевидению. Сказал, если вернусь, то рассмотрю «Вислу», «Лех» или «Легию». А потом, прогуливаясь по Кракову, у меня было такое событие, что ко мне подошел поклонник «Вислы» и сказал: «Иди, петушок, в свою «Легию». (Sport SE)