Алексей ИСАЕВ: Мурад Мусаев сделал из меня машину

Хавбек агдамского «Карабаха» и сборной Азербайджана по футболу Алексей Исаев рассказал о своей карьере и жизни в нашей стране, передает azerisport.com.

В Будапеште вы ушли с 0:1 на 3:1. Пришлось понервничать?
Я-то дома, в Баку, смотрел игру. Когда пропустили, конечно, беспокойство появилось. Но я верил и верю в ребят. Еще до матча сказал: мы сегодня выиграем, и парни выполнили свою работу на отлично. Однако расслабляться рано. Нельзя думать, что все пройдено. Нет, второй матч будет намного тяжелее, и надо быть готовыми к нему.

«Карабах» во второй раз в истории может выйти в основную сетку ЛЧ. Футбольный бум в стране ощущается?
Нагнетания нет, но люди надеются, верят и ждут. Мы не должны их подвести. Нужно добиться своей цели.

Сам предвкушаешь общий этап?
Пока об этом рано говорить – еще есть вторая игра. «Ференцварош» – очень хорошая команда. Не зря она тоже в плей-офф Лиги чемпионов. Поэтому не заглядываем далеко вперед. Я-то сейчас восстанавливаюсь после операции, но за полем я вместе с командой, поддерживаю каждого и желаю, чтобы все сложилось так, как мы хотим.

Что за травма у тебя?
На самом деле, старая проблема. Из-за остеофитов (это такие наросты) в тазобедренном суставе не мог нормально играть. Боли были ужасные – врагу не пожелаю. Почти весь прошлый сезон их терпел. Это мешало набрать лучшую форму, выйти на пик возможностей. В конце чемпионата решил сделать операцию – почистить сустав, чтобы к осени быть в строю. Я уже вышел на поле, начал индивидуально заниматься с тренером. Надеюсь, через недельку вернусь в общую группу. Сам этого жду не дождусь!

Твоя история отчасти схожа с историей одноклубника Магомедалиева. Тоже 0 матчей в РПЛ, а в Азербайджане – чемпионства и сборная. Но у тебя, в отличие от Шахрудина, поначалу все на родине складывалось неплохо?
Это правда. Я воспитанник «Енисея». В 18 лет дебютировал в первой команде. ФНЛ тогда была хорошего уровня – полезная школа для молодого пацана. Закалку в первой лиге я прошел приличную. Может быть, в силу вредного характера что-то не получилось (улыбается). Наверное, где-то были и мои ошибки, и потусторонние решения. Но я ни о чем не жалею – благодарен всем, кто участвовал в моей карьере и росте. Большое всем спасибо!

Как ты попал в «Зенит»?
В Красноярск приехал человек из Питера, из клуба. Сказал, что мной интересуется «Зенит». В 19 лет от таких слов даже маленько ошалел. Ответил: «Не вопрос – разговаривайте с руководством». И все – оформили трансфер, и я поехал в «Зенит».

Не было вариантов попроще и пореальнее?
Может, что-то и было, но до меня ничего такого не доходило.

Какими аргументами человек из «Зенита» убеждал?
Мне пообещали, что буду тренироваться с первой командой. А для меня в 19 лет «Зенит» – это было что-то с чем-то. Сами можете представить реакцию обычного пацана, который вырос в холодных красноярских дворах и мечтал играть на самом высоком уровне. И эта мечта до сих пор никуда не делась – иду к ней шаг за шагом. Когда в 19 лет мне сообщили об интересе «Зенита», то просто дар речи потерял! Конечно, я согласился. И был период, когда чувствовал, что уже готов тренироваться с основой. И тренерский штаб второй команды мне об этом говорил. Но что-то не сложилось. Возможно, вмешались какие-то обстоятельства, не зависящие от меня.

По зарплате ты в Петербурге ощутимо вырос? И насколько важным для тебя был финансовый фактор?
Зарплату дали в полтора раза больше, чем была в «Енисее». Однако я никогда за деньгами не гнался. Главными факторами были мечта и цель доказать, что способен чего-то достичь. В первую очередь – самому себе, во вторую – футбольному миру.

С Луческу хотя бы познакомился?
Нет. Не предоставили мне такой возможности. Я играл и тренировался только в «Зените-2».

Значит, ни одной тренировки с питерской основой ты не провел?
Нет. Я видел всю эту компанию: Дзюбу, Кержакова, Кокорина. Я жил возле Удельного парка. После тренировок «Зенита-2» смотрел из-за забора, как они тренируются. Сам себе говорил: скоро буду вместе с ними. Но, видите, не получилось. Даже познакомиться с ними не успел.

Заход в «Зенит» – ошибка?
Точно не ошибка. Скорее необдуманный ход молодого мальчишки. В любом случае это опыт, и за него я тоже «Зениту» признателен.

В Красноярске ты поработал с Тихоновым и Аленичевым. Как тебе спартаковские легенды при близком знакомстве?
Первым, кто в меня поверил, был Омари Михайлович Тетрадзе. При нем я сформировался. Огромнейшее ему спасибо! Благодарен и Андрею Валерьевичу Тихонову. У него я начал играть в стартовом составе и обратил на себя внимание «Зенита». Из Питера вернулся уже к Дмитрию Анатольевичу [Аленичеву] и Егору Ильичу [Титову]. Они оставались со мной после тренировок, работали индивидуально. Мне настолько приятно было такое отношение! Эти люди – большие мастера своего дела. Даже в «квадратах» на тренировках класс чувствовался. К сожалению, в дальнейшем у меня не сложились отношения с Аленичевым. Первую часть чемпионата отыграл практически без замен, а во второй – резко перестал выходить на поле. До сих пор не знаю и не понимаю почему. Это был сильный удар для меня. Команда вышла в Премьер-Лигу, а меня не оставили.

Но и в «Зените» ты больше не играл?
Команду принял Константин Георгиевич Зырянов. Я его очень сильно уважаю, для меня это тоже пример достойного человека. Когда к нему подошел, он честно сказал: «Алексей, в «Зените-2» идет омоложение. Из более старших никого не оставляют». Не скажу, что впал в депрессию, но расстроился сильно. Тяжело на душе было оттого, что со мной так поступили в родном Красноярске. Мы вышли в РПЛ, а меня не оставили. Я просто не знал, что делать. Оказался в таком замешательстве, что готов был куда угодно ехать, лишь бы не оставаться в ФНЛ. Мне было просто обидно. И тут звонок из Азербайджана. Я матери сказал: «Ма, я поеду».

Кто звонил?
Риад Рафиев – сейчас президент «Сумгайыта».

Ты, наверное, и названия такого не слышал?
Честно – не знал. Но меня привлекла эта неизвестность. Я решил поехать в незнакомую страну, чтобы просто доказать, что люди были неправы. Вначале приехал на два с половиной дня – посмотреть Баку, Сумгайыт. На переезд решился не сразу. Однако люди названивали, и в конце концов я согласился. О чем в дальнейшем ни на секунду не пожалел. Для меня Азербайджан стал вторым родным домом. Всегда буду говорить об этом своим детям, друзьям и близким. Эта страна дала мне возможность показать себя таким, какой я есть на самом деле. Открыла передо мной все двери. Я всю жизнь буду признателен за это Азербайджану и азербайджанцам.

В «Сумгайыте» у тебя сразу пошло?
Да, меня очень тепло приняли. Не буду перечислять всех людей, но одну фамилию назову: Гванзав Магомедов. Он мне помог адаптироваться на новом месте и стал для меня поистине родным человеком. Благодаря этой поддержке я выдал очень хороший сезон в «Сумгайыте», и дальше все пошло как по маслу.

Шахрудин Магомедалиев на первых порах ютился в каких-то крошечных квартирках в Азербайджане. Как обживался ты?
У Шахрудина вообще был настолько тяжелый путь, что не каждый бы выдержал. Этот человек достоин намного большего. Молодым ребятам, которые хотят чего-то добиться, советую брать пример с моего друга Шаха. А я полтора года жил в Сумгайыте, в многоэтажке на берегу Каспийского моря. В то время полностью посвятил себя тренировкам. Сейчас в городе построили новый стадион – большой, красивый, на 10 тысяч человек. А тогда был только старый советский стадиончик, не самый качественный газон. Но именно там мы вдвоем с Гванзавом Магомедовым точили свои навыки. С теплотой вспоминаю то время.

Ты еще холостым был?
Была невеста, сейчас – жена, которая вместе со мной проходит весь этот путь. Тогда она училась в институте, и я поначалу в Азербайджане был один.

 В Азербайджане твоя траектория шла исключительно вверх: «Сумгайыт» – «Сабах» – «Карабах».
Да. Я еще из «Сумгайыта» должен был переходить в «Карабах», но, к сожалению, сломал пятую плюсневую в отпуске во дворе. В моменте маленько испугался, мелькнула мысль: остался без команды. И тут на меня вышел «Сабах». Мы встретились с президентом клуба Магсудом Адыгезаловым. Этот человек тоже сыграл огромную роль в моей карьере. Он взял меня, сломанного, в команду. Я на костылях приехал в «Сабах», сделал операцию, восстановился и начал играть.

И именно там ты встретился с Мурадом Мусаевым?
Точно. Передаю привет Мураду Олеговичу и всему его штабу. Очень их уважаю и ценю, по сей день слежу и переживаю. Мусаев в меня поверил, но уже по-другому — как во взрослого, квалифицированного футболиста. И характерами, духом мы с ним сошлись. Нравилась его манера работы. При нем я чувствовал себя как дома. Поначалу больше играл «десятку», свободного художника, а у Мусаева стал больше исполнять «восьмерку», разыгрывающего — и полюбил эту позицию. Сейчас для меня это лучшее амплуа — box-to-box. Возможно, от этого чуть-чуть упала результативность. Я тоже злился, что ребята забивали, а я — нет, рвался поближе к чужим воротам. Но Мурад Олегович постоянно со мной разговаривал. Он убеждал, что пользы команде я на новом месте приношу намного больше. Мусаев из меня сделал «машину» в центре поля. В том сезоне мы стали вторыми и совсем немного уступили моему нынешнему клубу — «Карабаху».

Как бы ты охарактеризовал его как человека и тренера?
Порядочный, воспитанный. Человек с большой буквы. А как тренер он постоянно стремится развиваться и узнавать что-то новое. Ему небезразлично то, что происходит с футболистом за полем. Высокого уровня специалист.

«Сабах» помог ему перезагрузиться и более сильным вернуться в «Краснодар»?
Может быть. Думаю, мы все друг другу помогли. Мурад Олегович создал очень достойные коллектив и команду. Уверен, все ребята его с теплотой вспоминают. Было хорошее, классное время.

Есть интересная история с ним?
Много было интересных, смешных историй, которые я оставлю при себе (смеется). Один разговор запал в душу. Сидели на сборах в Турции в «Титанике». И он мне сказал: «Алексей, ты можешь играть на самом высоком уровне. А я тебе помогу в этом». Я ответил: «Пока мы вместе, до конца буду биться, умирать на поле за вас». Таких душевных бесед у нас много было. Мы постоянно обсуждали футболистов моей позиции. Он советовал брать пример с того же Луки Модрича — в плане ведения игры. Мурад Олегович тоже всегда будет в моей карьере на самых высоких местах.

Наверняка порадовался его чемпионству?
Конечно, я был очень рад! Написал, позвонил всему тренерскому штабу. В их адрес было столько критики, а они взяли и добились своей цели.

Значит, за российским футболом следишь?
За ФНЛ – нет, а РПЛ по мере возможностей смотрю – в основном матчи «Краснодара». Приятно, что люди ходят на футбол и заполняют стадионы.

Проверка слуха: правда, что этим летом «Карабах» не отпустил тебя в родной Красноярск?
Впервые слышу.

Ты до трофеев добрался уже в «Карабахе». Как туда попал?
Месяца через два после ухода Мусаева мне поступило предложение от «Карабаха». Так и оказался здесь.

«Карабах» – это азербайджанский аналог «Зенита»?
На данный момент точно так и есть.

В плане инфраструктуры тоже?
Здесь все на высшем уровне. Своя база: два очень качественных поля, тренажерка, бассейн. Все, что нужно для футболистов, есть.

Гурбан Гурбанов – легенда азербайджанского футбола?
Легенда и человек с большой буквы. Пусть он меня не ругает, но скажу так: Гурбан Гурбанов — гигант азербайджанского футбола. Это пример, каким нужно быть мужчиной. Мы каждый день учимся у него, как нужно вести себя на поле и вне поля.

Ты поиграл в еврокубках против «Байера», «Аякса», «Партизана». Какие самые сильные впечатления остались?
Атмосфера. Как люди любят футбол в Европе, горят им. Понимание игры, скорость принятия решений — все на высоком уровне. Приятно на это смотреть, а еще приятнее — самому участвовать. Я с холодного красноярского детства мечтал играть на больших аренах — и обязательно этого добьюсь.

Как ты получил азербайджанский паспорт?
После первого же года в «Сумгайыте» мне предложили играть за сборную Азербайджана. Честно скажу — сомневался. В первый раз приехал в национальную команду и почти сразу же уехал. Раздумывал, нужно мне это или нет. Я же вырос в Сибири и грезил играть за сборную России! Но сегодня благодарен людям за предоставленный шанс. Никогда бы не подумал, что буду с такой радостью ехать в сборную другой страны! Я горд и счастлив представлять ее на международной арене и всегда выкладываюсь полностью. У меня два дома — Сибирь, Красноярск, Россия и Азербайджан.

Процедура сложная?
Я даже не знаю подробностей. Через федерацию все оформили.

Рассудил, что в сборной Азербайджана шансов играть больше, чем в российской?
Об этом даже не думал. Много кто недооценивает чемпионат Азербайджана. Тут очень добротный уровень футбола. «Карабах», «Нефтчи», «Сабах», «Зире», «Туран-Товуз» Курбана Бердыева – очень хорошие команды, квалифицированные легионеры, есть талантливые местные ребята. Поэтому и мыслей, где проще, у меня не было. Сомнения посещали только из-за детской мечты – играть за Россию. Я считал, что у меня есть шанс попасть туда.

Первый матч за Азербайджан у тебя – против Португалии с Роналду. Ощущения?
Волнение было, но не мандраж. Мне без разницы, против кого играть. Минут на 20 я вышел. Шахрудин тогда очень хороший матч провел, мы проиграли всего 0:1. Приятно было осознавать, что нахожусь на одном поле с такими высококлассными мастерами. А Криштиану Роналду вообще одна из самых больших фигур в мировом футболе.

Как тебя местные футболисты приняли?
Супер! Как родного. Как раз Шахрудин меня и встречал, когда я первый раз приехал при Юрчевиче. Барьер был поначалу с языком – некоторые ребята русский не знали, а я – азербайджанский. Сейчас проблем с коммуникацией уже нет – я почти все понимаю.

К чему в Азербайджане ты дольше всего привыкал?
У меня в детстве круг общения во дворе был многонациональным. О кухне, культуре я многое знал от красноярских друзей-азербайджанцев. Единственное, к чему долго привыкал в Баку – это к пробкам.

Ты не стоял в московских пробках?
Наверное, с московскими заторами бакинские не сравнить, но здесь тоже очень большие пробки.

Что из местных привычек, обычаев перенял?
Думаю, за столько лет уже появился легкий акцент. Понимаю, что приехал сюда гостем и должен уважать местную культуру. Тут свои обычаи, традиции. Кто я такой, чтобы эти порядки нарушать или свои правила вводить? Конечно же, такого нет.

Семья постоянно рядом?
Да, все здесь. Дочке пять лет, сыну — четыре. Ходят в садик. Я же говорю — это уже второй дом.

У тебя не возникало проблем на фоне последних событий?
Я понимаю, о чем речь. Нет, никогда никаких проблем не было. Ко мне всегда здесь относились как к родному. Очень благодарен азербайджанскому народу за такой теплый прием.

При том что по тебе сразу видно: не местный.
Ну да, я в маму пошел. Выгляжу как обычный русский парень, но повторюсь: проблем никогда не было.

В душе ты так и остался русским человеком?
Я всегда в душе буду сибиряком. Обожаю Сибирь! Для меня это больше чем место, где просто родился и вырос. Это большая любовь, а все сибиряки, вне зависимости от национальности, родные люди. Однако Азербайджан тоже останется в сердце до конца моих дней.

Уже знаешь, где будешь жить после карьеры?
Одному богу известно, сколько я проживу, но мне бы хотелось на старости лет вернуться домой, в Сибирь. В любом случае сейчас об этом слишком рано говорить – мне еще многого предстоит достичь. Я не сказал своего слова в футболе – все впереди. Только иду к своим целям и мечте. Потихоньку, помаленьку, но обязательно дойду.

Что бы ты посоветовал молодым?
Уважайте старших и помогайте младшим. Цените людей, которые рядом не ради выгоды и искренне желают вам счастья. И идите к своей цели, несмотря на сложности, шишки, ошибки. Не бойтесь мечтать.

(Чемпионат)